|
[Apr. 1st, 2009|10:10 am] |
| [ | в голове играет |
| | nina simone - baltimore | ] | - Здравствуйте! - сказал Иван Петрович в окошко, когда подошла его очередь. - Где у вас тут выдают талоны на любовь? - Здравствуйте, - растерялась девушка. - А у нас таких талонов нет. - Не может такого быть! - отрезал Иван Петрович. - На всё есть талоны. На газ, свет, воду и мебель "Березка". Я, скажем, ответственный работник и понимаю. - Но у нас центр занятости! - сказала девушка. - Мы таких талонов не даем. Иван Петрович изумился и, скажем, даже покраснел. - Как же без талонов? Куда же обратиться? Напишите телефон! - Да не надо никуда обращаться, - засмеялась девушка. - Оно обычно само всё происходит. - А если я, скажем, льготник, тогда как? И, может быть, даже ветеран и ответственный работник? - Это уж как повезет, - улыбнулась ему девушка. - Это как же? Это что же? - стал возмущаться Иван Петрович. - Нет уж, позвольте! Вы там себе думаете, что оно вот так вот само? А оно очень даже не само! Это, между прочим, дело государственной важности! Я этого так не оставлю. И действительно, так не оставил. Прибежал домой, настрочил жалобу куда следует и передал ее куда надо; где надо посмотрели, поглядели, подумали да и переслали ее наверх, кому положено; оттуда - еще выше, а уж там взяли, крякнули, ухнули, бахнули и грохнули сверху штамп - "отказать!". Однако Иван Петрович недаром был партработник со стажем, и, между прочим, член партии с -надцатого года. Его этими штучками было не удивить. Птицами полетели жалобы в ЦК, в ВЦСПС, в ВЛКСМ и ДОСААФ; гончими помчались курьеры в Гаагский трибунал, Женевский суд и в Горки-9; молниями засверкали телеграммы генсеку ООН, Папе Римскому и матери Терезе. Как же так? негодовал Иван Петрович; не положено! стучал кулаком Иван Петрович; разобраться и устранить! требовал Иван Петрович. На экстренном пленуме Политбюро разобрали вопрос, доложили, выслушали и постановили: выяснить, а до выяснения - запретить. Вызвали ученых, те засели за формулы, просчитали, разделили и перемножили, после чего компетентно заявили - невозможно. Случайность! Сплетение вероятностей! Как повезет! В общем, науке неподвластно. Вызвали астрологов, хиромантов, экстрасенсов, те засели за карты таро, телескопы и кармические круги, пораскинули чакрами, после чего компетентно высказались - невозможно. Как карта ляжет! Как звезды встанут! Как пойдет! В общем, магии неподвластно. Вызвали генералов, маршалов и генералиссимусов, те взяли под козырек и сразу доложили - невозможно. Танк не пройдет, ракетой не возьмешь, со спутника не увидишь. Прикажете наносить превентивный удар по вероятному противнику? Генералов от греха подальше отправили на республиканскую пенсию, ученых выслали в секретный НИИ, а астрологов и прочих шарлатанов и вовсе усадили на баржу и отправили на землю Франца-Иосифа, чтобы не отсвечивали. Стали думать - что? как? кто виноват? Тут встает некто и говорит - а как, мол, на это смотрит исторический материализм? Ба! крикнули все; гениально! Немедленно схватили полное собрание сочинений Маркса и Энгельса, изучили и обнаружили, что исторический материализм на любовь не смотрит никак. А раз про любовь ничего не сказано, значит, и вовсе её нет, не было, и нечего отвлекать ответственных людей! Тут же отправили Иван Петровичу гербовое письмо по всей форме - так, мол, и так, по вашему запросу от такого-то и такого-то сообщаем следующее, а именно. Иван Петрович молча собрался, взял теплые носки, шарф, сел в поезд Москва-Воркута и пропал. Говорят, сошел где-то под Таганрогом; по другим сведениям, его видели в Уфе; наконец, через год авторитетный журнал "Нэшнл Джиографик" со ссылкой на Рейтерс заявил, что Иван Петрович был запечатлен китайским спутником-шпионом где-то при переходе через Гималаи. Впрочем, китайские власти всё отрицали.
Неизвестно, нашел ли Иван Петрович то, что искал; новейшие исследования доказали, что любовь есть нечто нематериальное, и, следовательно, несуществующее. И уж совсем невероятно, чтоб где-то ее распределяли по карточкам или талонам, ведь как распределить то, чего нет?
Но если есть где-то на свете такое место, такая очередь - передайте, что я занимал. |
|
|